Международное обозрение Мнение эксперта

С ростом азиатских корпораций борьба с коррупцией станет прерогативой ООН

President Park Geun-hye (C) was ousted in 2017 after a corruption probe by South Korean authorities. Source: JUNG YEON-JE/AFP/Getty Images.

В то время как азиатские экономики продолжают расти, и регион начинает играть всё более важную роль в глобальном успехе бизнеса, необходимость искоренять коррупцию по-прежнему остаётся непреложным приоритетом.

Западные компании, ведущие бизнес в Азии всё чаще становятся фигурантами антикоррупционных расследований регуляторов на их родных рынках. В январе 2017 года производитель авиационных двигателей Rolls-Royce согласился урегулировать давний спор с Отделом Королевской Британской Службы по борьбе с крупным мошенничеством (Britain’s Serious Fraud Office). Ведомство обвиняет компанию во взяточничестве и невозможности препятствовать взяточничеству, особенно в азиатских странах: в Таиланде, Индонезии, Китае, Индии и Малайзии. Урегулирование спора с властями Великобритании было идентично подобной процедуре в отношении компании, проведённой ранее властями США и Бразилии. Теперь Rolls-Royce светят штрафы на сумму, превышающую $800 млн.

Также в январе этого года другая компания Mondelez International согласилась выплатить $13 млн штрафов по обвинению её индийского филиала Cadbury India в совершении сомнительных выплат третьим лицам. Mondelez уплатила штрафы Комисси по Безопасности и Обмену (Securities and Exchange Commission) США по обвинению в нарушении положений о внутреннем контроле и положений о финансовых отчётностях и документах американского Закона о Коррупции За Рубежом (Foreign Corrupt Practices Act или FCPA)

Скрытая коррупция

Как показывают данные примеры, коррупция стала проблемой всего региона, а не только развивающихся стран. Через несколько десятилетий после вступления FCPA в силу, а также через несколько лет после внедрения британского Законодательства о Взяточничестве (Bribery Act) западные международные корпорации и догоняющие их азиатские крупные компании по-прежнему с трудом лавируют на рынках, где коррупционеры правят бал.

Тысячи сторонников лидера оппозиции Пакистана Имрана Кхана (Imran Khan) праздновали в июле дисквалификацию премьера страны Наваза Шарифа (Nawaz Sharif) Верховным судом по итогам антикоррупционного расследования. Источник фото: AAMIR QURESHI/AFP/Getty Images.

По последним данным Трансперенси Интернэшнл, понятные когда-то всем тренды антикоррупционной борьбы перестали соответствовать привычной картине мира. Например, Сингапур и Гонконг поднялись в рейтинге, основанном на Индексе Восприятия Коррупции (Corruption Perceptions Index), однако другие азиатские рынки потеряли свои позиции. В число утративших веру населения в честность и прозрачность государства и бизнеса оказались Япония и Южная Корея, скатившаяся с 37-го на 52-ое место. Самое серьёзное падение пережил Тайланд: несмотря на усилия государства по борьбе с коррупцией, за один год страна потеряла 25 пунктов и с 76-го места в 2015 году переместилась на 101-ое в 2016-м.

В краткосрочной перспективе сложно просчитать экономические потери от взяточничества, однако экономисты сходятся в одном: превалирование коррупции негативно сказывается на экономическом прогрессе страны. Снижается уверенность инвесторов, ослабляются режимные регуляторы, возрастает экономическое неравенство, так как коррупционные практики создают искажённую экономическую картину мира и болезненную политическую реальность, в которых главным становится поиск обогащения любой ценой.

Законы FCPA и Bribery Act являются такими инициативами, благодаря которым стала возможной борьба с коррупцией не только на отечественных рынках, но и в любой точке мира, где ведут бизнес американские и британские компании. Эти законы доказали свою высокую эффективность в обнаружении и искоренении коррупционных практик внутри международных компаний, но что можно сказать об азиатских корпорациях, которые выросли в глобальных гигантов вне западных регуляторов?

Универсальный антикоррупционный инструмент

Появление азиатских корпораций на глобальном рынке требует иного подхода к антикоррупционной международной борьбе. В этой связи Управление ООН по наркотикам и преступности (United Nations Office on Drugs and Crime или UNODC) оказалось более эффективным институтом, нежели правоохранительные органы США и Великобритании.

Антикоррупционная Конвенция ООН (The United Nations Convention against Corruption или UNCAC) вступила в силу в 2005 году и была подписана 140 странами. Эта конвенция стала глобальной инициативой, направленной на обнаружение коррупции при помощи экспертной оценки и разработку гидов для стран-участниц, благодаря которым они обладают готовыми способами внедрения антикоррупционных законов и процедур. Этот уникальный механизм работы с информацией был создан одновременно для поощрения имеющихся антикоррупционных инициатив и обеспечения беспристрастного, прозрачного и не конфессионального процесса внедрения новых. Каждая страна-участница выдвигает кандидатуры государственных экспертов для осуществления анализа. Каждую страну-участницу анализируют два соратника, из которых один находится в той же региональной группе, выбранные в ходе лотереи в начале каждого обзорного цикла.

Инициатива UNCAC начала проводить обзоры в 2010 году, а итоговые резюме каждого завершённого исследования публикуются на сайте UNODC website. В первом обзорном цикле эксперты рассматривали страны с точки зрения глав конвенции о Криминализации и Правоприменении и Международном Сотрудничестве (Convention On Criminalization And Law Enforcement And International Cooperation). Во втором цикле, запущенном в ноябре 2015 года, внимание было уделено главам о превентивных мерах и восстановлении активов. Учитывая размер и актуальность Азии, наблюдатели с нетерпением ждали результатов.

Власти Китая активно участвуют в борьбе с коррупцией на протяжении последних нескольких лет. Источник фото: MARK RALSTON/AFP/Getty Images.

В отношении Китая, обозреватели отметили существенный прогресс властей в борьбе с коррупцией, включая “продолжающуюся решительную приверженность китайских властей на самом высоком уровне бороться с коррупцией, что в последние годы привело к увеличению успешно расследованных дел о коррупции.”Более того, Китай продемонстрировал, что считает UNCAC “законодательной базой для совместного сотрудничества правоохранительных в сфере связанных с коррупцией преступлений”.

Индонезия стала другой юрисдикцией, в которой антикоррупционная борьба далеко продвинулась и где гиды UNCAC позволили разработать новые законопроекты по усилению режима. Обозреватели отметили высокую степень политической приверженности государства делу искоренения коррупции как в государственном, так и в частном секторах. Однако, эксперты также рекомендовали множество законодательных реформ, включая борьбу с мелким взяточничеством офицеров полиции, что позволило бы властям и Комиссии по Уничтожению Коррупции (Corruption Eradication Commission) сосредоточиться на расследованиях в отношении высокопоставленных госчиновников и устранило бы необходимость просить на это разрешение.

Изменение общественных ожиданий

Инициатива UNCAC является для Азии шагом в правильном направлении. Более того, есть доказательства изменения общественных ожиданий и настроений в регионе, основанные на требовании к политикам и лидерам отраслей промышленности соответствовать более высоким этическим стандартам. В начале года южнокорейские избиратели изгнали президента страны Пак Гын Хе (Park Geun-hye), обвинённую в участии в коррупционном скандале, который привёл к моментальному падению популярности главы государства и вылился в массовые уличные акции протеста. Это событие говорит о растущей социальной осведомлённости и нетерпимости к коррупции.

Прогресс стран Азии в обнаружении систематической и системной коррупции вселяет оптимизм. Однако, критически важным остаётся приверженность азиатских стран конструктивной совместной работе в рамках инициативы ООН для обеспечения безостановочного развития в этом направлении. Эти усилия приведут к тому, что в один прекрасный день проклятие коррупции навсегда покинет эти страны и останется лишь на самой периферии мировой экономики.

Источник: Forbes.