Новосибирскому предпринимателю Роману Боброву, обвиняемому в мошенничестве в особо крупном размере при строительстве индивидуальных жилых домов, изменена мера пресечения. Суд апелляционной инстанции постановил перевести его из следственного изолятора под домашний арест. Бобров находился под стражей с декабря 2025 года.
Боброву предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 УК РФ. По версии следствия, он, являясь генеральным директором ООО «ДримХаус Констракшн» и ООО «Дрим Хоко», заключал договоры подряда на строительство индивидуальных жилых домов, получал денежные средства от заказчиков, но обязательства выполнял не в полном объеме или не выполнял вовсе. Причиненный ущерб следствие оценивает в сумму свыше 6,5 млн рублей. Уголовное дело было возбуждено в ноябре 2025 года, а в декабре того же года Боброва задержали.
По данным защиты, при каждом продлении срока содержания под стражей суд первой инстанции ссылался на одни и те же основания: возможность скрыться, уничтожить доказательства или оказать давление на свидетелей. Однако, как указывает защита, эти доводы так и не были подтверждены конкретными фактическими обстоятельствами.
– Пребывание в СИЗО лишало Боброва возможности исполнять обязательства перед заказчиками и инвесторами. Предприниматель не мог участвовать в переговорах, подписывать документы, контролировать завершение строительства объектов. По мнению защиты, это искусственно создавало видимость неисполнения обязательств и мешало урегулированию споров, – прокомментировал адвокат, председатель адвокатской коллегии «Правоград» Сергей Николаев.
Защита с самого начала настаивала на том, что уголовное дело возникло из гражданско-правовых споров, связанных с предпринимательской деятельностью, а не из факта хищения. По мнению адвоката Сергея Николаева, содержание под стражей с самого начала было неоправданным — все обстоятельства указывали на то, что Бобров не намерен скрываться.
Кроме того, защита ссылалась на положения ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, которая запрещает заключение под стражу предпринимателей, обвиняемых в преступлениях в сфере предпринимательской деятельности, при отсутствии исключительных обстоятельств. Постановления Пленума Верховного Суда РФ прямо указывают на недопустимость применения самой строгой меры пресечения, если может быть использована более мягкая. Как полагает защита, следствие с самого начала должно было рассмотреть возможность залога или домашнего ареста.
— С момента возбуждения уголовного дела Бобров не пытался скрыться от следствия, продолжал работу, являлся по вызовам прокурора, не сменил место жительства и не предпринял никаких действий, направленных на уклонение от явки к следователю, — рассказал Николаев.
По словам защитника, после задержания предприниматель сотрудничал со следствием, давал подробные показания и добровольно выдал финансовые документы подконтрольных ему организаций.
— В предыдущих решениях о продлении срока содержания Боброва под стражей суд указывал, что Бобров, находясь на свободе, может скрыться от следствия. Судом установлено существенное изменение обстоятельств, послуживших основанием для избрания меры пресечения, — отметил адвокат.
Он также указал, что в исследованных судом материалах отсутствуют достоверные сведения, подтверждающие возможность воспрепятствования расследованию. По мнению защиты, суд не привел конкретных фактических обстоятельств, дающих основания полагать, что Бобров может уничтожить доказательства или оказать воздействие на свидетелей.
Однако, по мнению защиты, следствие не оценило эти обстоятельства должным образом, а при решении вопроса о мере пресечения опиралось на доводы, которые не подтверждаются материалами дела. В частности, защита указывает на расхождения в оценке ущерба.
Один из ключевых доводов защиты связан с эпизодом, в котором потерпевшей признана заказчица Меремьянина. Следствие оценивает причинённый ей ущерб в шесть миллионов рублей.
Однако ранее Октябрьский районный суд Новосибирска в рамках гражданского дела взыскал с ООО «ДримХаус Констракшн» в пользу Меремьяниной кратно меньше.
— Вступившим в законную силу судебным решением установлено, что причиненный Меремьяниной материальный ущерб составляет, вопреки утверждениям следователя, не 6,5 млн, а 149 тыс. рублей. Этот ущерб причинен не хищением денежных средств, а недостатками выполненных работ, — отметил адвокат.
В ходе судебного заседания руководитель следственной группы, по данным защиты, не смогла пояснить, почему её решение о признании Меремьяниной потерпевшей противоречит вступившему в силу решению гражданского суда.
Ещё один эпизод касается показаний Титовой. Она и другие лица вносили денежные средства в качестве инвестиций в подконтрольные Боброву коммерческие организации. В 2025 году, по её словам, Бобров сообщил о возникших трудностях, однако от возврата денег не отказывался, встречался с инвесторами и предлагал различные варианты решения вопроса.
В декабре 2025 года следователь также наложил арест на имущество Боброва — земельные участки общей кадастровой стоимостью более 200 млн рублей.
— В постановлении суда не указано, по каким конкретным, фактическим обстоятельствам применение этих мер не может обеспечить интересы расследования уголовного дела. Несмотря на то, что в ходе следствия наложен арест на недвижимое имущество обвиняемого Боброва, кадастровая стоимость которого многократно превышает сумму имущественного ущерба, суд не указал в постановлении, по каким причинам часть этого имущества может быть использована в качестве залога, — рассказал Николаев.
Суд апелляционной инстанции, изучив доводы сторон, принял решение смягчить меру пресечения и перевести Боброва из СИЗО под домашний арест. Расследование уголовного дела продолжается.
