В Кемеровской области усиливается резонанс вокруг банкротства ряда транспортных компаний, работавших на объектах «Сибантрацита». Судебные тяжбы, проверки правоохранительных органов и даже коллективное обращение сотрудников председателю Следственного комитета России, – в запутанной истории разбирались журналисты Anticorr.media.
«Сибантрацит» — один из крупнейших российских производителей и мировых экспортеров металлургического антрацита сверхвысокого качества. История предприятия берет начало еще в 1975 году. В 2018 году была сформирована группа «Сибантрацит», объединившая АО «Сибирский Антрацит», ООО «Разрез Восточный» и ООО «Разрез Кийзасский». По итогам 2017 года группа зафиксировала рекордный рост производственных показателей. А в 2020 миллиардер Дмитрий Босов покончил с собой.
Дальнейшая громкая история смены владельцев «Сибантрацита» описывалась всеми СМИ. В череде громких заголовков и в дыму борьбы крупных игроков за влияние на международных рынках осталось незамеченным обращение к Александру Бастрыкину от трудового коллектива некоего ООО «Протон». Эти люди годами работали на разрезах «Сибантрацита». Рабочие просят восстановить социальную справедливость и привлечь к ответственности виновных в совершении преступления.
ООО «Протон» занимается перевозкой грузов специализированными автотранспортными средствами. Учредитель – Александр Ануфриев (соучредителем также был Дмитрий Максимов), однако сотрудники предприятия в своем письме называют конечным бенефициаром Николая Мусохранова.
«В связи с тем, что ООО «Протон» сейчас фактически деятельность не ведет, то несколько ранее многим работникам руководство предприятия сказало не выходить на работу, так как деятельность прекращена и работы нет. Выполняя данное указание, мы находились дома, а сейчас выясняется, что это были, якобы, прогулы, и теперь сотрудник отдела кадров ставит условие, что либо мы будем уволены по отрицательному основанию из-за прогулов, либо можем написать заявление», – значится в коллективном письме сотрудников предприятия.
По их словам, руководство компании объясняет сложное финансовое положение отсутствием платежей от заказчика – ПАО «Мечел» (крупнейший промышленный холдинг страны). Но работники утверждают – это не соответствует действительности.
«Нам известно, что руководство ООО «Протон» просто обманывает нас и вводит нас в заблуждение, поскольку достоверно известно, что ПАО «Мечел» осуществляет все платежи по письмам ООО «Протон» контрагентам, минуя счета ООО «Протон», учитывая интересы руководства ООО «Протон». То есть руководство ООО «Протон», обращаясь к представителям ПАО «Мечел» с письмами о расчете с контрагентами минуя расчетный счет ООО «Протон», намеренно нарушает закон, в своих интересах выводят деньги, при этом оставляя нас без зарплаты и без возможности содержать свои семьи. В таком же положении находится и государство, потому что в ООО «Протон», со слов руководителей, имеется и налоговая задолженность», – значится в обращении на имя Бастрыкина.
С позицией сотрудников «Протона» согласна и Федеральная налоговая служба. По итогам выездной налоговой проверки ООО «Протон» за период с 1 января 2023 года по 30 сентября 2024 года налоговым органом доначислен НДС в размере 59,9 млн рублей и 11 млн рублей пени. Налоговая инспекция выявила признаки неправомерного завышения вычетов по НДС в сделках с взаимосвязанным лицом – ООО «КРМ». Налоговая доказала, что техника сдавалась в субаренду компании по завышенной цене, а поставок запчастей, описанных в ряде договоров, по мнению налоговой и вовсе не было. Красной нитью в выводах налоговой проходит имя Николая Мусохранова. Именно его сотрудники «Протона» в своем обращении называют конечным бенефициаром.
Кто же такой Николай Мусохранов? О нем известно мало: занимал руководящие должности в транспортных компаниях и компаниях угольной отрасли, многие ликвидированы или находятся в банкротстве.
По слова сотрудников «Протона», большинство из них пришли в компанию из другой организации с таким же видом деятельности – ООО «Кузбасс майнинг». И существенная часть техники переехала с ними. Предложил им такой переход тоже Мусохранов, который, как сказано в письме, является «руководителем всех процессов» в «Кузбасс майнинг».
И что вы думаете… «Кузбасс майнинг» тоже в банкротстве. Компания насчитывала почти 1000 сотрудников. Именно «Кузбасс майнинг» проводило работы по вывозу горной массы на разрезе «Кийзасский», который сегодня на 40 процентов принадлежит государству. Доля раньше принадлежала кипрскому офшору, бенефициаром которого признали осужденного экс-министра Михаила Абызова.
Две компании, где, по показаниям свидетелей, всеми процессами управлял Мусохранов, сейчас находятся в банкротстве.
Может, Мусохранов пытался спасти людей от потери работы при неминуемом банкротстве «Кузбасс майнинга»? Эта гипотеза опровергается материалами арбитражных дел. Банкротить компанию хотели по иску на 42 млн рублей, для крупной транспортной компании эта сумма не критична. Губительным стало, что к моменту банкротства из организации уже были выведены люди и техника, которые чудесным образом были «спасены» в «Протоне», сейчас тоже оказавшемся в процедуре банкротства.
Выглядит, как повторяющаяся схема, а при учете, того, что люди в своем обращении говорят о крупных выплатах со стороны ПАО «Мечел» (а в «Кузбасс майнинг» таким якорным плательщиком был разрез «Кийзасский), можно предположить, что сохранение самой компании не являлось целью руководства. «Протон» очень похож на клон «Кузбасс майнинга». А в судах звучит термин «перевод бизнеса».
Необходимо отметить, что после обращения трудового коллектива в Следственный комитет России, зарплаты начали выдавать. Какие процессуальные решения были приняты по другим аспектам, в том числе по признакам преднамеренного банкротства, нам пока не известно, мы спросили об в этом Следственном комитете Кемеровской области. Также пока нет информации, обратилась ли налоговая служба в правоохранительные органы по итогам проведенной проверки и выявленным завышением вычетов по НДС. Ответы на запросы поступят в ближайшее время.
Получается, что люди, коллективы обеих компаний, остались без работы, а техника, по видимости, уйдет с торгов за долги. Кстати, принадлежит эта техника совершенно другим юридическим лицам, владельцем которых является сибирский предприниматель Владимир Рычков. Интернет пестрит сообщениями об имуществе Рычкова, дескать за 30 лет предпринимательской деятельности он недостаточно беден. Забавно, но после этих публикаций суд признал его лицом, контролирующим должника, и принял решение арестовать все имущество Рычкова.
Причем, судя по тексту определений, выглядело это примерно так: Рычков подал ходатайство о включении в реестр кредиторов, а вместо права получить невыплаченные ему деньги стал конечным бенефициаром.
В определении судьи Арбитражного суда Юлии Шулик указывается, что вопрос о связи Рычкова с компанией «Кузбасс майнинг» уже рассматривался в рамках другого суда, который определил, что они не относятся к одной группе. Но судья отклонила довод, так и написав: «Суд отклоняет довод». И этим же определением признала Рычкова лицом, контролирующим должника. Рычков, кстати, как и сотрудники «Кузбасс майнинга» и «Протона», тоже заявил, что компанию контролировал Мусохранов. Но судья не стала рассматривать и этот довод, так и написав: «Суд считает возможным не рассматривать». Судья Шулик определила оставить без рассмотрения требование Владимира Рычкова о включении в реестр кредиторов. Арбитражный суд Западно-сибирского округа отменил решение Шулик и отправил дело на новое рассмотрение, которое до сих пор не состоялось. Прошло полтора года. С 9 сентября 2024 года ситуация не изменилась.
Зато одно из последних определений, напротив, поражает изменчивостью всех факторов: от требований до сумм. Определение начинается с того, что конкурсный управляющий просит признать ряд сделок недействительными и взыскать денежные средства с ИП Ван Оксаны Вай-Ченовны и ООО «ХК Элигомед» (4 млн рублей и 27,8 млн рублей соответственно).
Суд удовлетворяет требования управляющего. Однако, что написано после слов «применить последствия недействительности сделки», заставляет усомниться в собственном адекватном восприятии реальности и заново перечитать акт:
– взыскать с Рычкова В.А. 554,8 млн рублей в пользу ООО «Кузбасс майнинг»,
– взыскать с Рычкова проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 204,2 млн рублей,
– взыскать с Рычкова проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые по ключевой ставке Банка России за каждый день просрочки, с 27.03.25 до момента фактического исполнения.
И госпошлину два миллиона тоже взыскать с Рычкова.
В следующей публикации мы подробно распишем, как «притянулись» основания привлечения Рычкова к этим сделкам. А вот почему суд самостоятельно увеличил сумму в 18 раз, мы писать не будем. Потому что просто не понимаем, как из 32 млн, заявленных в требовании, получилось 750 млн и это еще без процентов по ставке Банка России.
Задача конкурсного управляющего в банкротстве – защитить интересы кредиторов и должника, сказано в законе. А вот за чей счет, не сказано. Видимо, нужно найти в цепочке лиц платёжеспособного. Но вот как сделать его должником? Это уже искусство. Тут конкурсному в одиночку, конечно, не справится. А вот задачи суда – защитить нарушенные или оспариваемые права, свободы и законные интересы граждан, способствовать укреплению законности и правопорядка, так сказано в законе.
Получить комментарии Рычкова и Мусохранова на момент публикации не удалось.
10-го августа состоится очередное заседание Арбитражного суда Кемеровской области, наша съемочная группа будет присутствовать на заседании, и возможно, мы получим комментарии участников.
